Земля с места детского концлагеря «Красный берег» передана в Крипту Храма-Памятника

14.06.2017

Деревня Красный Берег (Жлобинский район, Гомельская область)…

По легенде деревню Красный берег назвали из-за того, что яблони редкого сорта цвели красным цветом. Но история истолковала иначе значение слова «красный». Здесь в 1943-1944 годах  находился один из 14 на территории Беларуси детских концлагерей. В нем содержались дети, у которых брали кровь для нацистских солдат и офицеров.  Сюда привозили детей в возрасте от 8 до 14 лет из Жлобинского, Рогачевского, Страшинского, Добрушского и других районов Беларуси, с Украины, Прибалтики, Смоленска, Брянской области России.

28 июня 2007 года был торжественно открыт мемориальный комплекс, посвященный детям – жертвам  Великой Отечественной войны. Спроектировала его творческая мастерская заслуженного архитектора Республики Беларусь, лауреата Ленинской премии Леонида Левина. 

Каждая деталь комплекса по-своему символична. Мемориал задумывался, как развернутая в пространстве панорама, как путь, трагичность которого можно осознать, только пройдя по одному из лучей Города Солнца. Центром композиции мемориального ансамбля является "Площадь Солнца". По центру площади высажен яблоневый сад, от которого в разные стороны расходятся аллеи – лучи этого солнца. Один из лучей черного цвета, он проходит через пустой класс из белых парт и школьной доски. Это единственный черный луч, выделяющийся на фоне золотистой площадки. И всех на этом пути встречает тоненькая фигура девочки — опаленного войной беззащитного ребенка, лицо которого перекошено от боли и беспомощности. Поднятыми над головой руками девочка словно защищается от всех страхов войны.

Она стоит на камешках красного цвета, символизирующих кровь детей. Ступеньки полукруглой лестницы ведут нас в страшные годы войны. Под открытым небом стоит двадцать одна школьная каменная парта и одна классная доска. Белые парты и черная доска. Подходим к черной доске. На доске текст письма белорусской девочки Кати Сусаниной,  она написала отцу из немецкой неволи:

«Дорогой папенька! Пишу тебе письмо с немецкой каторги. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых уже не будет. Моя просьба к тебе, отец, покарай немецких кровопивцев. Это завещание твоей умирающей дочери. Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи, ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала, вот ее последние слова: " Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется и вышвырнет вас, подлых захватчиков, вон». И офицер выстрелил маме в рот. Дорогой папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет. Если бы сейчас встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькой. Мои глаза впали, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь. Мне отбили легкие. А помнишь, папа, два года тому назад мне исполнилось 13, какие хорошие были именины. Ты мне тогда сказал: " Расти, доченька, на радость большой». Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню. А теперь, когда я взгляну на себя в зеркало, — платье рваное, номер, как у преступника, сама худая, как скелет, и соленые слезы в глазах. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят, затравленные голодными овчарками. Я работаю рабыней у немца Ширлина, работаю прачкой, стираю белье, мою полы. Работы много, а кушать два раза в день, в корыте с Розой и Кларой. Так хозяйка зовет свиней. Так приказал барон. «Русы были и есть свиньи». Я боюсь Клары, это большая жадная свинья. Она мне один раз чуть палец не откусила, когда я доставала из корыта картошку. Живу в сарае. В комнаты мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба. Хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине. Два раза я убегала. Меня находил их дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Когда теряла сознание, на меня выливали ведро воды и бросали в подвал. Новость. Сказала Юзефа. Хозяева уезжают в Германию с большой партией невольников и берут меня с собой. Я не поеду в эту трижды проклятую Германию. Я решила, что лучше умереть в родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Я не хочу больше мучиться рабыней у проклятых жестоких немцев, не дававших мне жить. Завещаю, папа, отомстить за маму и за меня. Прощай, добрый папенька. Ухожу умирать. Твоя дочь Катя Сусанина. Мое сердце верит — письмо дойдет. 12 марта 1943 года…"

С  другой стороны доски – карта Беларуси с обозначением лагерей смерти, в которых у детей брали кровь до их последнего дня. В центре площади расположена детская мечта — Белый парусник с именами детей взятых из лагерных записей отлитых в металле... Марина, Настя, Зоя, Вера, Аркаша, Тема, Арина, Петя, Оля, Олежка, Сима, Витя…  Далее на белых мольбертах детские рисунки-витражи. Их в 1946 году нарисовали участники изостудии Минского дворца пионеров под руководством художника Сергея Петровича Каткова. Обычные детские рисунки, фигурки котика и лошадки – все это кажется таким обыденным, и таким контрастным на фоне смерти, боли и пустоты.  

1 июня 2017 года на месте бывшего концлагеря прошла церемония забора земли для закладки капсулы в Крипте Храма-Памятника в честь Всех Святых и в память о жертвах спасению Отечества нашего послуживших. На церемонии присутствовали: А.В.Гостев, директор ГУ «Белорусский культурный центр духовного Возрождения»; Костейков В.А., заместитель председателя Жлобинского районного исполнительного комитета;      Косюков М.В., председатель Жлобинского районного Совета депутатов; Нехай В.В., начальник отдела идеологической работы, культуры и по делам молодежи Жлобинского районного исполнительного комитета; Глушаков Т.И., председатель Гомельского областного отделения ОО «Белорусский фонд мира»; Шрейтер Н.З., директор ГУК «Жлобинский историко-краеведческий музей», представители общественности.

Баранова И.С.